6 февраля 2021

Музей личных коллекций: Ирина Мак о выставке «Шар и крест. Выбор коллекционера»

Выставка «Шар и крест. Выбор коллекционера», открывшаяся во Всероссийском музее декоративного искусства, продолжает историю группы, созданной в Фейсбуке галеристом Максимом Боксером. Его «Шар и крест», придуманный как «место для взаимовыручки художников и коллекционеров», кому-то позволил выжить, а других подсадил на собирательство, придавшее жизни новый вид и смысл.

Коллекционирование искусства как страсть и постоянное занятие составляет суть выставки, организованной Maxim Boxer Gallery и сочиненной кураторами Виталием Пацюковым и Алиной Федорович. В ней участвует десять новых собраний, составленных из вещей, которые были куплены в период пандемии. Некоторые коллекционеры, как Айдан Салахова и Андрей Архипов, параллельно выступают здесь в более привычной для себя роли художников. Всего в экспозиции работы более двухсот авторов, занявшие обе анфилады первого этажа усадьбы Остермана.

Круговорот искусства в ленте

Каждый коллекционер — а в их число попали ранее неизвестные в этом качестве Леа Верни, Елена Воронина, Татьяна Удрас — сам сочинял свою экспозицию. Полина Герасимова, будучи дизайнером интерьеров, установила в зале старую кровать с пружинной решеткой, которая вполне отвечает работам Ани Желудь, Давида Тер-Оганьяна и Евгения Музалевского. Предприниматель Игорь Суханов, основатель питерского выставочного пространства «ДК Громов», разместил купленную графику на четырех вращающихся дисках, чтобы зритель вертел их, выбирая, что смотреть. «Искусство в группе «Шар и крест» принципиально существует в потоке, — объясняет Суханов, — оно быстро создается и быстро потребляется, старое исчезает за несколько секунд и заменяется новым, еще неувиденным». Суть и итог этого непрерывного круговорота искусства в ленте, который на месяцы приковал к гаджетам сотни сидящих по домам людей, лучше всех сформулировал режиссер Павел Сеплярский, еще один участник музейного проекта: «Это абсолютный рекорд продаж искусства в единицу времени в стране». Здесь нет преувеличения: уже в первый месяц существования группы число работ, которые ежедневно приходилось отсматривать модераторам, превышало тысячу.

Семен Агроскин. «Сигнал 5», 2020. Из коллекции Павла Сеплярского

Павел выстроил свою экспозицию как сценограф, с театральным светом и бутафорией — и явил нам пример удивительной деликатности по отношению к художникам: каждому выделил по пол-стены, устроив несколько персональных мини-выставок — Петра Быстрова, семейства Флоренских, Семена Агроскина, Таси Коротковой, Сергея Горшкова, Алексея Теренина, Наны Татишвили… Устроил мозаику из рисунков Андрея Бильжо, выстроил колонку из расписных изразцов Анны Филипповой, расставил по периметру персонажей Александра Шишкина-Хокусая.

Битва за Айдан

Трудно поверить, что всей истории «Шара и креста», изменившей наш мир, как только способно менять его искусство, меньше года. 3 апреля 2020-го, после объявления карантина и закрытия всего и вся, оценив замершую повсеместно жизнь и умерший, казалось, художественный рынок, Максим Боксер придумал, что с этим делать. И, как герои повести Кассиля («Стоя в углумы открыли Швамбранию»), открыл «Шар и крест». Боксер говорит, что не открыл бы, если бы не нашел название — отсылающее, понятно, к Малевичу, но прежде всего к Честертону, к тому же напоминающее о другом замечательном проекте Боксера — галерее-баре «Перелетный кабак», названой тоже в честь одноименного романа. В конце января прошлого года «Кабак» закрылся и был всеми оплакан. А пару месяцев спустя появилось новое место — уже в сети.

Время и место диктовали новые правила — здесь сразу был заявлен сверхнизкий уровень цен: первоначально все продавалось не дороже пяти тысяч рублей, потом «потолок» для графики составил десять тысяч, а для живописи двадцать, что все равно более чем умеренно, если иметь в виду, что среди участников группы сразу оказались первые лица — Леонид Тишков, Ольга Солдатова, Ирина Корина, Гоша Острецов, Иван Лунгин, Петр Быстров. Владимир Чайка сделал логотип группы, Андрей Бильжо и Евгений Добровинский сочинили блестящие графические символы. У Добровинского шар (воздушный) поднимает в небо корзину в форме креста — подобно тому, как искусство вытаскает нас из болота уныния в подлинную жизнь.

Семен Агроскин. «Из цикла «По Вермееру»», 2020. Из коллекции Елены Ворониной

Часть галеристов при этом обвиняло Боксера в том, что он якобы обвалил арт-рынок — но ронять на самом деле было нечего, и логично, что другие его коллеги немедленно приняли участие в купле-продаже. Обнаружилось много прекраснейших, часто совсем неизвестных авторов, чьих произведений публика стал ждать. Вещи известных художников раскупались со страшной скоростью, на работы звезд открывалась охота, их сторожили чуть ли не с рассвета. «У меня было такое условие: пока не поймаю работу Айдан, выставляться как художник не буду», — признался Андрей Архипов. Я и сама, заглянув как-то рано утром в ленту, застала двух известных коллекционеров, сцепившихся в битве за акварель Салаховой — и ни один из них не победил.

Продавецон же покупатель

Здесь продается настоящее, оригинальное искусство — за доступные, в общем деньги. «Я понималчто это будет нужноно не представлял себечто такому количеству людей», — сказал Максим весной. К настоящему моменту через «Шар и крест» продано более 25 тысяч работ, а коллекции, созданные из купленных здесь вещей, насчитывают сотни работ. В группе состоит около двадцати двух тысяч участников — при том, что она закрытая, попасть туда можно только получив приглашение, и модераторы, принимающие решение по поводу допуска той или иной работы, строги в оценках.

«Я выжил только благодаря «Шару и кресту«», — сказал мне приятель-художник. Наверняка так мог бы сказать не он один. Многим группа реально помогла выжить, вывела из депрессии, показала свет впереди. «Жизнь — карантин у входа в рай», — так, цитатой из Карла Мария фон Вебера — композитора, автора «Волшебного стрелка», назвали свой зал коллекционеры Вера и Алексей Прийма (только у них, кстати, можно обнаружить на выставке редкий в «Шаре и кресте» видео-арт — триптих Андрея Оленева). Выстроив диалог между художниками, Вера и Алексей предъявили то самое искусство, которое, обладая силой живой воды, победило смерть и депрессию, и в конечном итоге — воспользуюсь их репликой — «лакуна в привычном течении жизни стала пузырем неожиданной свободы».

Хочется добавить: и дала ощущение общего дела, потому что «Шар и крест» не делит участников процесса на авторов и меценатов. Каждый, продав три работы, должен одну купить. А продав десять, одну передать в фонд «Шара и креста», в котором в настоящий момент числятся уже более шестисот произведений, и значительная их часть была показана на недавней выставке «Дар художника» в пространстве Cube. Еще раньше, на ярмарке современного искусства Cosmoscow, в траке, принадлежащем транспортной компании Fineartway и припаркованном у Гостиного Двора, был показан «Выбор художника». И нынешняя выставка, даст бог, тоже не станет последней в истории «Шара и креста», которая пишется прямо сейчас.


Заглавная иллюстрация: Максим Татаринцев. «Из проекта «Сегодня»», 2020. Из коллекции Игоря Суханова