8 мая 2019

Театр, знай своё место!

IMG_2579

Ещё несколько лет назад модное словечко site-specific нужно было переводить с английского даже для тех, кто свободно им владеет. Теперь сайт-специфик — это совершеннейшая обыденность, и в обиход заядлых театралов вошло не только само существительное (уже на чистом русском языке), но и прилагательное «сайт-специфичный». Однако несмотря на то, что спектакли и шоу с этим эпитетом есть теперь едва ли не в каждом городе, истинное его значение для большинства всё так же туманно, как и раньше. О специфике сайт-специфика и о том, что из сделанного в этом жанре достойно внимания в Петербурге, — в обзоре театрального критика и продюсера Ники Пархомовской.

От перемены места спектакль поменяется

О сайт-специфичный театр сломано уже немало театроведческих копий, а воз и ныне там. Потому что термин site-specific у нас по-прежнему используют направо и налево: для привлечения внимания и обозначения того, для чего не могут найти другого определения, из желания следовать за модой и нежелания эту моду формировать самостоятельно. На самом деле всё предельно просто. Site-specific, как нетрудно догадаться из названия, если его правильно перевести с английского, — театр, раскрывающий специфику конкретного места, то есть театр, «привязанный» к точке своего создания и транспортировке из неё не подлежащий. Но у нас этим заморским термином почему-то обозначают любое действо, которое «разыгрывают» вне театральных пространств или, проще говоря, в нетеатральных пространствах: на улицах, в барах, на заводах и даже в общественном транспорте.

Если всё-таки придерживаться верного определения, то по всей России наберётся не так уж и много созданных с нуля сайт-специфичных оригинальных проектов («Волшебная страна» Всеволода Лисовского в Ростове, получившая «Золотую Маску»-2018 за лучший эксперимент, — сам режиссёр характеризует её как весёлый спектакль о смерти; «Слушай Тобольск» Галины Зальцман, созданный в 2017-м в Тобольске в рамках арт-лаборатории фестиваля «Территория» и компании «Сибур»; прошлогодний казанский эскиз Веры Поповой про знаменитый Мергасовский дом на Чёрном озере; московское «Время, которое…» петербуржца Семёна Александровского, весь последний сезон идущее четыре раза в день с понедельника по пятницу в Центральной научной библиотеке Союза театральных деятелей). Эти постановки, очень разные по формату, концепции и интонации, объединяет одно: их невозможно перенести в другое место, потому что при переезде они потеряют самое главное, а именно заложенный в них смысл.

Компромиссный вариант сайт-специфика, который может играться в любом пространстве (главное, чтоб не в театре и уж точно не на сцене), распространён у нас гораздо больше. Так, когда-то флагманами этого театрального направления были объявлены проекты «Remote Петербург» и «Remote Москва» немецкой компании Rimini Protokoll, и лишь ко времени старта «Remote Пермь» на Дягилевском фестивале в мае 2017-го формат этой интеллектуальной «бродилки» стали наконец обозначать вполне адекватным и куда более подходящим словом «променад». В описании казанского «Времени роста деревьев» Регины Саттаровой тоже больше говорилось уже не о сайт-специфике, но о прогулке по городу, а «Сны Иакова, или Страшно место» Александра Маноцкова из соседнего Свияжска, отмеченные музыкальным жюри нынешней «Золотой Маски», создатели лаконично охарактеризовали как просто оперу. И кстати, что любопытно, при переносе первого спектакля в Питер, а второго в Москву они практически ничего не потеряли, что как раз и доказывает их не-сайт-специфическую природу.

Петербург, Петроград, Ленинград

Между тем Питер можно по праву назвать главной кузницей сайт-специфика в стране. Прежде всего, одни из первых сайт-специфических перформансов нового времени проходили в центре города ещё в середине 1990-х и назывались Хармс-фестивалями (про то, как Николай Евреинов почти 100 лет назад в театрализованной форме воспроизводил штурм Зимнего дворца, лучше не вспоминать, иначе окажется, что сайт-специфик как направление искусства родился в постреволюционном Петрограде, а вовсе не в благополучных Англии и США начала ХХI столетия). Кроме того, вот уже седьмой раз подряд в июне петербуржцев и гостей города ждёт знаменитый маршрут «Старухи», а в июле — пятый Международный летний фестиваль искусств «Точка доступа», который сосредоточен на показе всего лучшего в области сайт-специфика. И если предметом исследования Константина Учителя, основателя, идеолога и бессменного руководителя маршрута, неизменно является Петербург обэриутов и конкретно Даниила Хармса, то «Точка доступа», в зависимости от событий, вошедших в программу, постоянно открывает новые места и прокладывает альтернативные пути.

В этом году фестиваль пройдёт с 15 по 30 июля (его программа, в которой обещают немало сюрпризов и по-настоящему ярких европейских имён, будет объявлена 20 мая), а вот события маршрута назначены на воскресенье 16 июня и станут бесплатными для всех желающих. Начнётся всё с индивидуальной прогулки зрителей по улице Маяковского (бывшей Надеждинской), где в доме № 11 когда-то жил Даниил Хармс. Получив довольно подробные инструкции, как они могут вести себя в конкретном месте, и пройдя через специальные «порталы», зрители перенесутся в город, полный театральных эпизодов и перформативных элементов, а затем все вместе соберутся в здании Екатерининского института (ныне Российская национальная библиотека, также известная как «Публичка»). После непродолжительного отдыха они поедут на трамвае в сторону Финляндского вокзала. Наконец, на вокзале все желающие купят билет на электричку, которая отправится из города в 17:52 — и ни минутой позже. На платформе Лисий Нос по традиции состоится последний эпизод маршрута.

Маршруты не всегда были такими лаконичными и малонаселёнными. Стартовав фактически в одиночку в 2013 году, Учитель — известный в Петербурге театровед — привлёк к этому проекту многих молодых режиссёров и продюсеров, своих студентов. В течение года для них читали лекции ведущие специалисты по обэриутам и истории города, а потом не на шутку увлечённые молодые люди ставили интереснейшие зарисовки на тему Хармса в самых разных локациях. Так, в какой-то момент отделился от основного проекта «Маршрут № 2» Степана Пектеева, который начинался как раз с импровизированной лекции в трёх лицах в Петершуле, где когда-то учился Хармс, а продолжался в Петрикирхе, где зрителей «оглушали» необычными запахами, раздавали повязки для глаз, конверты с заданиями и фотокарточками с видами Питера из разных эпох. Этот проект был уже не таким эталонным сайт-спецификом, что и позволило включить его в офф-программу «Золотой Маски» и показать в московском Центре имени Мейерхольда в марте 2018 года.

«Разговоры». 2018. Фотограф: Светлана Ботева

По всей видимости, обэриутская тема вообще провоцирует на хождения и брожения. Минимум ещё один спектакль, который заявлен создателями скорее как инклюзивный, чем сайт-специфический, безусловно таков. Ни переезд в другой город, ни даже переход в другой дом в его случае не возможен. Речь о «Разговорах» Бориса Павловича в социокультурном пространстве «Квартира» Фонда поддержки арт-инноваций «Альма-Матер». Этот спектакль не привязан именно к квартире на Мойке, 40, никакими смысловыми, биографическими или документальными узами, но лиши его «Квартиры», которая специально воссоздана заботливыми руками артели художников, — и он потеряет половину своего обаяния, энергии и загадочной импровизационной прелести. Ведь переходя из библиотеки в детскую, а из кухни в гостиную, гости не просто строят маршрут, но «осваивают» незнакомое место, оставляя свой след как в нём, так и в самом действии.

С изучением ещё одного знакового для Питера, легендарного места и мифа связан и другой проект — «Ковш» (или «Чаша») всё того же Степана Пектеева, премьера которого состоялась в ноябре 2018-го, но который оптимально играть всё-таки в тёплое время года. На сей раз режиссёр изучал не личность конкретного человека и его укоренённость в городской среде, а храм. Знаменитая лютеранская церковь на Невском проспекте, которая в последние годы стала приютом для многих независимых проектов (в том числе социально-документального, но в какой-то степени и сайт-специфичного спектакля Михаила Патласова о бездомных «Неприкасаемые»), во времена советской власти побывала и складом декораций Театра эстрады, и овощехранилищем, и бассейном. Пектеев решил восстановить справедливость и в каком-то смысле вернуть физически уже возвращённое здание храму, поведав историю его мытарств (а заодно и историю петербургской немецкой общины) посредством многоканальных аудио- и видеоинсталляций, а также арт-объекта «Чаша». Пришедшие на спектакль зрители совершают почти часовую прогулку по храму, спускаясь в том числе в его катакомбы.

Интерес молодых режиссёров (и зрителей разных возрастов) к сайт-специфику не исчерпывается одной лишь работой с чисто петербургскими, узколокальными городскими мифами. Так, в 2019 году режиссёр Даниил Вачегин при поддержке ресторанной группы «ОПГ Добрых Дел» и блогера Максима Косьмина запустил спектакль-перформанс «Последний масон». Действие его происходит в секретной квартире на Петроградской стороне, где когда-то якобы жил депутат Василий Шульгин, принявший отречение у Николая II. Драматургическая основа проекта — произведения Булгакова и Достоевского (так что зрители попадают прямиком то ли в «нехорошую квартиру», то ли в логово старухи-процентщицы, — правда, с артефактами из 1917 года, которые запрещено фотографировать), в тексте имеются и прямые отсылки к Библии.

Среди новых, хотя и не столь пока активных проектов выделяются недавние «Так себе читки» молодых драматургов — выпускников Натальи Скороход, — которые проходят в совершенно не предназначенных для современного театра помещениях вроде магазинов и баров. В принципе, можно назвать сайт-спецификом и театр «Воркута» Романа Муромцева, недавнего выпускника режиссёрской мастерской Анатолия Праудина. На самом деле количество сайт-специфик-инициатив всё время растёт: Петербург уж больно атмосферное и полное туристов место, чтобы не воспользоваться этим. В результате постоянно возникают проекты, которые не могут прожить долго (дольше полугода) и изначально обречены на провал из-за отсутствия хорошей логистики и правильного менеджмента. Впрочем, роль продюсера в спектакле, идущем не в театре, — это тема для отдельного большого разговора, а у нас сегодня речь про творчество.


Текст: Ника Пархомовская