20 декабря 2019

Год, в котором…

4_Все, что случилось и еще случится_©Thanasis Deligiannis

Подходит к концу 2019-й — год, официально объявленный в Российской Федерации Годом театра. Чем, помимо торжественных собраний и огромных рекламных баннеров на важнейших магистралях страны, он запомнится? Какими премьерами, гастролями, фестивалями войдёт в историю? Своими впечатлениями от года, когда театр впервые в новейшей истории страны, пусть и на время, официально стал важнейшим из искусств, делится театральный критик и куратор Ника Пархомовская.

Год больших фестивалей

Пожалуй, главное, чем запомнится 2019-й нашей театральной общественности, — это большие гастроли и громкие имена. Кто только не приехал в Россию в 2019 году! Каких только спектаклей нам не показали! Ян Фабр и Хайнер Гёббельс, Кристиан Люпа и Тадаси Судзуки, Матс Эк и Ана Лагуна; «Три сестры» Саймона Стоуна и «Жизель» Акрама Хана, «Игрушки» Сигны Кёстлер и «Репетиция. История(и) театра (I)» Мило Рау, «Тихий вечер танца» Уильяма Форсайта и Love Cycle Шарон Эяль. Кажется, такого у нас ещё не было: чтоб и «Золотая Маска» подготовила выдающуюся зарубежную программу (всего четыре имени, зато какие, в том числе, кроме упомянутых выше, Уэйн Макгрегор и Кристоф Марталер), и Чеховский фестиваль случился (который вообще-то биеннале и проходит раз в два года), и «Территория» с NET постарались, и DanceInversion с «Дягилев. Постскриптум» привезли лучших из лучших в мире танца.

Но больше других удивляла нас всё-таки Театральная олимпиада, с июня по декабрь проходившая в Петербурге (а также Владивостоке, Южно-Сахалинске, Севастополе, Ялте, Сочи и далее везде). Благодаря ей театралы всей страны смогли увидеть спектакли Теодороса Терзопулоса и Роберта Уилсона, Деклана Доннеллана и Филипа Кена, Габриэлы Карризо и Йетте Штекель, Яна Кляты и Андрия Жолдака, Саймона Макберни и Димитриса Папаиоанну, FC Bergman и Rimini Protokoll. Счастливчики из Петербурга имели прекрасную возможность пойти на любопытнейшие мастер-классы и посетить открытые встречи с известными театральными деятелями. Не говоря уже о всеобъемлющем цикле лекций «Театральная карта мира», из которого можно было узнать абсолютно всё о современном театре в самых разных уголках планеты: от Ближнего Востока до стран Британского Содружества.

Однако во всём этом фантастическом калейдоскопе имён и событий было два, которые прозвучали громче остальных и засияли ярче. Главным театральным героем года в России стал, безусловно, австралийско-швейцарский режиссёр Саймон Стоун, спектаклей которого никогда прежде к нам не привозили, а тут показали сразу три. Сначала «Золотая Маска» собрала полные залы на майские праздники благодаря абсолютно современным и своевременным «Трём сёстрам» из Базеля. Затем, на излёте мая, Чеховский фестиваль представил «Йуна Габриэля Боркмана» венского Бургтеатра с выдающимися актёрами Мартином Вуттке и Биргит Минихмайр. Наконец, уже в октябре «Территория» порадовала многочисленных к тому моменту поклонников режиссёра стерильной «Медеей» из Амстердама. Уверена, что даже если в 2020-м ни один его спектакль не приедет в Россию, споры вокруг Стоуна продолжатся и впредь.

А вот Акрам Хан, в этом году, кажется, вообще не покидавший Первопрестольную, здесь хоть и не впервые, но всеобщий восторг снискал лишь сейчас. Московская публика дружно восторгалась и его многонаселённой, сюжетной «Жизелью», и абстрактным, требующим пояснений, этническим XENOS, и навеянным «Тайной вечерей» Леонардо да Винчи «Перехитрить дьявола». Ажиотаж вокруг Хана в какой-то момент достиг такого апогея, что в кино стали крутить одну из версий его «Жизели», а под конец года и вовсе начали показывать документальный фильм о самом хореографе и его творческом пути. Что тут скажешь? Если у нас кого-то любят, то горячо и страстно (хотя, как правило, недолго).

Год громких назначений

Правда, эта аксиома обычно не относится к аборигенам — соотечественники у нас, как правило, идут по другому разряду: не важно, о кино, театре или цирке речь. Вероятно, единственным исключением из правила («Нет пророка в своём отечестве») в 2019 году стал Константин Богомолов, — наверное, самая обсуждаемая театральная персона года. И дело даже не в свадьбе с Ксенией Собчак, исполненной по наивысшему театральному разряду, с розыгрышами и мистификациями, и не в громких премьерах (хотя на питерское «Преступление и наказание» в «Приюте комедианта» с великолепными Дмитрием Лысенковым и Марией Игнатовой специально ездят из Москвы), а в том, что после многолетних споров, какой театр возглавит Богомолов и возглавит ли он что-то вообще, Константин наконец стал худруком Театра на Малой Бронной, где сразу же забила фонтаном бурная театральная жизнь. Наверняка за «Нормой» Максима Диденко и «Словом о полку Игореве» Кирилла Вытоптова последуют не менее любопытные провокации, в том числе от самого худрука.

Ещё одной широко обсуждаемой в узких театрально-музыкальных кругах кадровой перестановкой стал уход Теодора Курентзиса из Пермского театра оперы и балета. Известие о его преемнике пришло много позже и поразило всех едва ли не больше, чем давно ожидавшийся и обсуждавшийся в кулуарах уход маэстро. Отныне художественно руководить в Перми будет Марат Гацалов, доселе в особой любви к опере (и тем более балету) не замеченный. Курентзис меж тем обосновался в Петербурге. И хотя театральных активностей в Доме радио на Итальянской пока не анонсируют, наверняка рано или поздно они там случатся. А пока мы ждём премьер в Петербурге, их, по всей видимости, готовят в Ярославле. Дело в том, что там — тоже, впрочем, довольно предсказуемо — сменился худрук. Первый театр страны, вокруг которого было так много выяснений в начале 2019-го, взамен Евгения Марчелли обзавёлся другим главным — актёром и режиссёром Сергеем Пускепалисом.

Наконец, на Тверском бульваре, в громадной махине, носящей гордое название — МХАТ имени М. Горького — и давно лишившейся доброй половины зрителей, тоже произошла смена власти. Руководить огромным и явно не самым ликвидным театром позвали Эдуарда Боякова (справедливости ради скажем, что формально это случилось ещё в декабре 2018-го, однако наиболее активно худрук проявил себя, разумеется, в уходящем году). Он попытался было отстранить от власти вечно молодую Татьяну Доронину, но пока, кажется, безуспешно. Так что, несмотря на обновлённую афишу (на сайте театра в репертуаре сплошь премьеры; правда, если вчитаться повнимательнее, в основном это реконструкции и возобновления, вплоть до «Синей птицы» Станиславского), МХАТ по-прежнему сильно отстаёт от своего тёзки в Камергерском. А особенно забавно, что тот самый Сергей Пускепалис, который руководит Волковским театром в Ярославле, одновременно выпускает спектакли во МХАТе, — видимо, на правах человека, недолго побывшего помощником худрука наряду с Захаром Прилепиным.

Год расширения границ

Лишь в 2019-м стало, пожалуй, особенно очевидным, что самые интересные театральные события происходят на периферии (в том числе в малых городах, у которых теперь есть свой фестиваль и весьма солидное представительство в номинациях «Золотой Маски») и в театрах негосударственных. Например, независимые московские и примкнувшие к ним иногородние объединились в Союз независимых театров, чьим идеологом стал лауреат главной национальной театральной премии — 2019 в категории «Эксперимент», альтернативщик и возмутитель спокойствия Всеволод Лисовский. Он же, кстати, выпустил очередной спектакль с непрофессионалами («Пещера» в Центре имени Мейерхольда), обозначив таким способом всплеск интереса молодых рассерженных к самым разнообразным формам театра, в том числе социального. В уходящем году у союза, помимо имени, членов и устава, появилась площадка «8/3» на улице Казакова, которую он делит с Театром.doc, обзаведшимся наконец сразу двумя помещениями, в том числе открытым в апреле «DOC на острове».

Помимо расширения географии и поиска новых пространств, в 2019-м серьёзно менялся и контент самих театральных спектаклей. Стало ещё больше постановок, стремящихся к междисциплинарности и нестандартным форматам, художники ищут всё новые способы коммуникации со зрителем, в том числе перформативные. Социальный театр уже не новость, а самый настоящий тренд, и людьми с особенностями (здоровья, социального статуса и т. д.), которые выходят на сцену, чтобы играть, — уже никого не удивишь. Растёт и количество непрофессиональных студий, курсов и тренингов, которые, кстати, в наши сложные времена становятся существенным экономическим подспорьем для актёров. Театр всё так же выходит из театра, однако идёт теперь не только на заводы, в лофты и «заброшки», но и в музеи, метро, торговые центры. В Год театра, когда изо всех радиоточек страны кричали про его превосходство над другими видами искусств, он и вправду превратился в важный медиум и инструмент коммуникации.

Год относительной свободы

2019-й всё-таки был особым годом. Во-первых, наконец освободили из-под домашнего ареста фигурантов дела «Седьмой студии». И хотя сейчас Софья Апфельбаум, Кирилл Серебренников и Алексей Малобродский снова дают показания в суде, они всё-таки имеют возможность относительно нормально жить и работать, выпускать спектакли, руководить театром, снимать кино. Во-вторых, разговоров на острые социальные (вовсе не обязательно политические) темы в нашем театре стало ощутимо больше. Тут и феминистские проекты, и спектакль о капитализме, и различные лаборатории, посвящённые этнической идентичности. Всё больше становится лабораторий, в результате которых не обязательно появляются готовые постановки, но всегда создаётся база для новых поисков.

Наконец, после долгих лет заботливого взращивания молодой и новой драматургии на «Любимовке» и других фестивалях, она и правда пошла в народ, то бишь в театр. Современные пьесы, кажется, есть теперь в репертуаре любого, даже самого заштатного коллектива, и у нас постепенно учатся их ставить без фальши и ненужной «чеховщины». Мало того, современная драматургия интересует, волнует, вызывает целую гамму эмоций у зрителя: сама недавно наблюдала на новосибирском шоукейсе в рамках Рождественского фестиваля искусств более чем адекватную реакцию на постановки о последствиях чеченской войны и конфликта на Украине. Получается, что театр становится не кафедрой и храмом, а местом для дискуссии, для разговора о настоящем, о том, что болит. Это хорошая и важная тенденция, и очень хотелось бы, чтобы она сохранилась и развилась дальше и в грядущем 2020-м.


Текст: Ника Пархомовская

Заглавная иллюстрация: постановка «Всё, что произошло и могло произойти» (режиссёр: Хайнер Гёббельс. Artangel. 2018). Фото: Танасис Делигианнис