15 февраля 2019

«Айка»: жизнь других

Айка

В прокат вышла «Айка» Сергея Дворцевого — один из самых успешных фильмов прошлого года. Исполнительница главной роли Самал Еслямова получила приз в Каннах, сама картина попала в шорт-лист «Оскара». Но не менее, чем успех, важен тот факт, что «Айка» — едва ли не первый случай, когда фильм стал зрелым, ясным, чувственным высказыванием на сложную и смутную тему миграции. Снимать о ней пытались многие отечественные авторы. Получилось пока только у Дворцевого.

Нет ничего труднее, чем учиться говорить: и буквально, и произносить вслух, облекать в образы то, что волнует, беспокоит, болит. Всё, что есть в окружающей реальности, так или иначе обречено на то, чтобы попасть в кадр, стать частью фильма. Новые кафе и рестораны, меняющаяся речь и мода. Но в первую очередь — то, о чём не говорят, чего вслух не произносят. Однако это подспудно меняет жизнь.

Режиссёры, которые умеют об этом скрытом, неудобном, волнующем и непроговорённом снимать, облекать его в истории и образы, — на вес золота. Это виртуозно умел Фассбиндер, снимавший о мигрантах, проститутках, коллаборационистах. Ещё буквально несколько авторов — достаточно резких и отважных.

Притом молчать о проблемах, которые есть в обществе, кинематограф не только не может. Это для него гибельно. Несколько лет назад разразился на церемонии «Оскара» скандал: общественность обвиняла Киноакадемию в том, что в шорт-лист не попал ни один темнокожий актёр. Это не бредни интеллигентов, ополоумевших от толерантности, но приговор: кино не работает. Если что-то есть в реальности, а кинематограф этого упорно не замечает — значит, есть серьёзные системные проблемы.

Русское кино тему миграции замечало. Мигрант на экране фигурировал примерно с тех самых пор, когда он появился в российской реальности.

Кадр из фильма «Другое небо». Режиссёр Дмитрий Мамулия. 2010

Дмитрий Мамулия рассказывал душещипательную историю о гастарбайтере в Москве — «Другое небо». И даже ещё раньше — в своей дебютной работе «Москва». Юсуп Разыков показывал реальность мигрантов в «Гастарбайтере». Наконец, даже масскульт гастарбайтера принял и переварил. Поп-звездой на короткое время стал Таджик Джимми, распевавший под аккомпанемент ведра песни из болливудских лент, он же снялся в новогодней эпопее «Ёлки». На телевидении едва ли не раньше, чем в большом кино, тему «отработала» «Наша RUSSIA», а позднее — сериал Павла Бардина «Салам Масква».

Проблема только в том, что это не была собственно «работа с темой». Странно предъявлять претензии Мамулии, Бардину или тем более каналу ТНТ, что они не Фассбиндеры. Но во всех случаях мигранту не давали слово, не показывали его реальность. Его просто встраивали в готовую художественную форму, в которой ему находилось место. В «Другом небе» гастарбайтера играет французский актёр Хабиб Буфарес. Ну да, он похож на выходца из Средней Азии, но фильм, решённый очень манерно, монотонный, вязкий, только выпячивал его европейскую выправку, делал её заметнее. Об органичности нечего и говорить. Мамулия просто скопировал усреднённое европейское фестивальное кино нулевых — печальное, с долгими планами, минимумом склеек. И весьма кстати пришёлся подходящий и вполне современный персонаж. Как и телевизионные комедиографы, Мамулия и позднее Разыков просто поспешили тему мигранта закрыть. Переварить, превратить героя в художественный образ — и перейти к следующей актуальной фигуре или сюжету.

«Айка» с этим не спешит. Для Дворцевого совсем не важно создать образ, ясный и удобоваримый, смешной или страшно печальный. Он документалист, за плечами которого большие и очень сильные работы, самая известная из которых — «Хлебный день». Именно документальный бэкграунд — его козырь. Он не торопится, для него не представляет особой важности готовая форма, которую потом фильм приобретёт. Его метод — наблюдать. Фактура, поведение героя, его действия, данные в полном объёме, подробности Дворцевому намного важнее жанра или формата. Он идёт не от уже виденных фильмов, как большинство игровых режиссёров, которые, осознанно или нет, копируют приёмы и техники своих любимых картин, а от реальности.

Кадр из фильма «Айка». Режиссёр Сергей Дворцевой

Хотя формально «Айка» даже повторяет сюжеты «Другого неба» и «Гастарбайтера»: мигрант приезжает в большой город, теряет ребёнка, ищет его. Но именно обращение с этим сюжетом отличает её от других фильмов. В блужданиях по Москве Мамулии блики на стёклах и ритм были важнее лица Буфареса. Дворцевому важен только герой и все нюансы его поведения. Поэтому при всей своей простоте «Айка» в эмоциональном плане даст фору любым фильмам о мигрантах, снятым до неё. Дворцевой смог заставить сопереживать героине — не потому, что с ней происходят ужасы и страсти (не происходят), а просто потому, что мы за ней наблюдаем вместе с автором. Отчасти причина, наверное, ещё и в личности: Дворцевой — русский режиссёр, родившийся и снимающий фильмы в Казахстане, он сам другой, сам в некотором смысле мигрант.

Но есть дополнительный подвох. Во всех культурах тема миграции требует перемен ещё и в системе. Книгоиздательство, кинопроизводство должны решиться предоставить трибуну мигранту. Дать ему высказаться от первого лица и на своём языке. Как обычно, самые гибкие в этом плане скандинавы: там ещё в 2003 году была опубликована и стала бестселлером книга Юнаса Хассена Хемири «На красном глазу», история о мигрантах, написанная сыном мигранта из Туниса. В Германии о турках снимают турки, в частности Фатих Акин. Кинопроизводству нужно было стать гибким и обеспечить Акину возможность снять фильм о своих компатриотах. Представить себе таджика, который, окончив ВГИК, взял и сделал кино о мигрантах в Москве, может только безумный. Такой выпускник выйдет из стен киношколы средним и робким художником, уверенным, что кино надо снимать о людях вообще. С багажом знаний и линейкой авторитетов — но без умения пристально смотреть на реальность, без интереса к ней. Вот и успех Дворцевого обусловлен именно гибкостью. Готовностью фестивалей и кинокомпаний (даже казахских) давать трибуну, принимать другого. Не-казаха, снимающего на русском языке и в России. Готовностью рисковать, наконец. Только риск награждается таким успехом, который имеет и, уверен, будет иметь «Айка».


Текст: Иван Чувиляев

Заглавная иллюстрация: команда фильма «Айка» на красной дорожке 71-го Каннского кинофестиваля перед премьерой фильма (18 мая 2018). © Sputnik / Asatur Yesayants