21 мая 2022

Сбитые летчики возвращаются с холода: Лилия Шитенбург о «Дохлых клячах» с Гэри Олдменом

Победы переоценены, изысканная красота поражений — вот, что постепенно входит в тренды. Провалить дело может каждый, а вот «сказочно провалить» — здесь нужны профессионалы. Особой закалки люди. Или маски. Даже в мире супергероев (на самом деле весьма чувствительном к реальности) истории о неудачниках попадаются все чаще — «сбитыми летчиками» были и Хранители Зака Снайдера, и «Отряд самоубийц», и «Пацаны». Черт знает кто, обладающий в прошлом уникальными, но преимущественно смертоносно идиотскими навыками, патетически промотавший все надежды, которые подавал когда-то, героически добившийся разве что попадания в большую черную дыру. В этом таится источник какого-то нового лиризма. Поодиночке каждый из таких клейменых уродов и проклятых потеряшек способен выглядеть поэтично (хотя и несколько неуклюже), но не стоит забывать, что, собранные вместе, они могут составить отменно «грязную дюжину». Если удастся, конечно. Хотя бы это.

Британский писатель и автор детективов Мик Херрон, а вслед за ним и ВВС, совершают операцию не менее жестокую, чем та, которую модно теперь проделывать с супергероями, зато куда менее эффектную: они выбивают пьедесталы из-под ног даже не сверхлюдей, а всего лишь шпионов. Ниже падать. По идее, отсутствие эффекта на современном телевидении — верный залог того, что затея провалится еще в самом начале. То есть ВВС была на верном пути. Затея, однако, не провалилась. Сериал Slow Horses — в отечественных источниках переведенный как «Медленные кони» или «Хромые лошади» — блистателен в своей насмешливой обыденности. Основное место действие — самое что ни на есть дно мира. Филиал могущественной MI5 в Слау-хауз — забытая богом и людьми жалкая контора, крысиная нора, где в качестве сотрудников собраны самые разнесчастные неудачники. С самого начала своей карьеры бесполезные или лишь единожды профукавшие операцию — уже неважно, никто не помнит, всем наплевать. На грязную дюжину силенок не хватило, набралось всего-то с полдюжины, зато отборных лузеров. Тут и самый бездарный и кровожадный из «псов» (так в главной конторе зовутся оперативные работники), и одинокий до слез тупица, с которым годами никто не хочет выпить, и седая тетка, доживающая свой нелепый век в секретаршах, — она как-то «мимо проходила» в опасной близости с госизменой ее шефа (великолепная Саския Ривз, не единожды игравшая офицеров полиции, делает все, чтобы выглядеть самой безнадежной английской старой девой). Есть, разумеется, айтишник — вроде бы, умелый, и потому совершенно не понимающий, за что его списали в этот пыльный ад: а все просто, он сам по себе — такая заноза в заднице, с характером настолько невыносимым, что даже у MI5 сдали нервы. Не упустили ни Мик Херрон, ни сериал главную звезду британской разведки — того безымянного героя, который и по сей день время от времени мелькает в теленовостях: то он забыл папку со сверхсекретными данными на лавочке в Гайд-парке, то флешку на остановке автобуса, то портфель в кафе. Всегда было интересно: это один и тот же парень, или на одного Джеймса Бонда приходится пару сотен таких поэтически рассеянных джентльменов? Во всяком случае, среди «Дохлых кляч» ему нашлось почетное место. Угодил прямиком в Слау-хауз и главный герой Ривер Картрайт (Джек Лоудон) — одаренный молодой агент, бойкий и смышленый, в первые же минуты первой серии арестовавший в аэропорту «не того человека», приняв за террориста безобидного студента. В горячке операции он успел напасть на местных полицейских, однако от взрыва бомбы это никого не уберегло. В Слау у него теперь ежедневная обязанность: тщательно перебирать мусор, выкидываемый на помойку подозрительными объектами, находящимися в разработке у главной конторы.

© Jack English/Apple TV+

Но у него, по крайней мере, есть хоть какое-то занятие. Потому что остальные «сбитые летчики» должны просто отсиживать рабочее время, старательно не делая абсолютно ничего. Так они хотя бы не смогут навредить. Если получится. За этим изматывающее бессмысленным укладом строго следит блистательный глава Дохлых кляч — Джексон Лэмб, бывший когда-то звездой MI5 и попавший в опалу при обстоятельствах, которые, как и положено, будут раскрыты лишь в конце. Лэмба играет Гэри Олдмен, щеголяющий в каждом кадре заспанным помятым лицом, тусклыми глазками в больших очках, внушительным пузиком, а через кадр — еще и рваными носками. Апофеоз «гибели и сдачи английского интеллектуала». Но надо родиться вчера (а для верности — завтра), чтобы умудриться не разглядеть великую тень, которую этот серый ехидный человечек отбрасывает в каждом кадре: тень Джорджа Смайли, героя классической шпионской серии Джона Ле Карре, самого скромного и самого безжалостного агента «Цирка» британской разведки, обладающего «хитростью сатаны и совестью девственницы», сыгранного Гэри Олдменом десять лет назад в отличной экранизации «Шпион, выйди вон» Томаса Альфредсона.

Впрочем, как и положено в шпионских делах, зрителя умело сбивают со следа: Олдмен — не единственная тень Смайли в сериале. Джонатан Прайс в роли дедушки главного героя, уважаемого ветерана конторы, доживающего дни на пенсии перед камином, до боли похож на великого Алека Гиннеса, главного исполнителя роли героя Ле Карре в британском телевизионном каноне. Все в «Дохлых клячах» напоминает о тех легендарных временах. После которых наступил Холод. Как мы помним, «отправить на холод» на шпионском арго означает временную отставку от службы, от реальных дел, от осмысленного существования в жизни и профессии. «Время холода» для кого-то заканчивается новым заданием, а для кого-то не заканчивается никогда.

© Jack English/Apple TV+

Собрав таких выразительных персонажей воедино, авторы сериала поставили себя в идеальную позицию: что бы дальше ни происходило, оно точно будет как минимум занятно. И в самом деле, первое же происшествие — похищение студента-мусульманина фашиствующей группой «Сынов Альбиона» — начинает разматывать, как и положено в шпионском романе, такой клубок политических интриг, личных амбиций, профессиональных просчетов и мелких пакостей, что заговор спецслужб и гибель агентов — лишь малая часть того, на что готова пойти Контора, она же «Цирк», она же Парк, чтобы выпутаться из собственных сетей. В отсутствии главы ведомства, главным шпионом оказывается героиня Кристин Скотт Томас, именно сейчас находящейся в той уникальной актерской кондиции, когда любая тень досады, проскользнувшая по этому красивому лицу одновременно может трактоваться и как груз государственных забот, и как брезгливое разочарование в беспросветной тупости мужского мира, и как безнадежное предвестие скорой гибели Британской Короны, и как раздражение немолодой женщины, которой все надоело. «Недовольная леди» — великое английское амплуа, почти супергеройская маска, старый добрый знак восстания консерваторов. Вслед за Мэгги Смит и Джуди Денч теперь настала очередь многозначительно поджимать губы для Кристин Скотт Томас. Ее дуэт с Гэри Олдменом несравненен. Потому что старому скептику решительно наплевать на то, какие эта злобная фурия корчит рожи. Он всегда был бунтарем.

По ритму и интонации, то и дело, минуя иронию, сваливающейся в хулиганский цинизм, «Дохлые клячи» представляют собой забавную смесь олдскульного шпионского шика и современной бесчеловечной лихости, словно классический роман Джона Ле Карре читает, перепрыгивая через две страницы, лишенный понятий о вежливости инфантил, вроде того, каким был когда-то Гай Ричи. Иногда это работает на сюжет, иногда — против, но одна из лучших сцен сериала — та, в которой несчастная жертва похищения, тот самый студент-мусульманин, в мирной жизни промышлявший написанием острых шуток для стенд-ап комедии, по приказу своих мучителей демонстрирует мастерство. Его жестокие расистские, ксенофобские шутки, в которых он высмеивает и «Сынов Альбиона», и — отчасти — своих собратьев по конфессии, неожиданно попадают в цель: отморозки, везущие парня на показательную казнь, начинают страшно хохотать. И нет, это вовсе не «очеловечивает» их, открывая им глаза на сложность мироустройства, примиряя с автором и отменяя расправу. Просто в этой напряженной точке неразрешимая драма входит в зенит абсурда.

© Jack English/Apple TV+

Понятно, что в этом абсурдном мире Дохлые клячи должны прийти к финишу первыми. Они так и делают — обнаруживая по ходу расследования профессиональные умения и навыки, казалось, навсегда погребенные под тоннами пыли Слау-хауза. И скорость реакции, и умение достать информацию, и точное знание шпионских основ («В Москве прикрывай спину, в Лондоне — задницу!») — все это у подчиненных Джексона Лэмба в нужный момент срабатывает почти автоматически. Несносный айтишник способен хакнуть что угодно, не выходя из кафе, грымза-секретарша из доцифровой эпохи помнит, как надо обрабатывать людей, а тот самый идиот, который может оставить все секреты Короны на скамейке, в случае чего просто станет самоотверженным героем. Потому что эти неудачники слишком долго просидели в глухой норе, вдалеке от современных подлых игр, и со всей возможной сентиментальной старомодностью помнят, что служат народу Британии, а не начальству.

Это утешает. Как добрая половина британских сериалов, шпионских или нет. Как и тот вдохновляющий факт, что «Дохлые клячи» — только первая часть сериала, дальше публику ждет продолжение под названием «Мертвые львы» (кодовое название для «спящих» агентов. Бог знает, сколько времени спящих. Степень эксцентрики и гротеска нетрудно предугадать). «Сбитые летчики», неудачники, агенты-расстриги — похоже, они могут быть весьма перспективными. Разумеется, с особым интересом к ним отнесутся любители шпионских триллеров — и, вероятно, те, кто уже отчасти догадывается, что значит «быть отправленным на холод». Надолго. Российский читатель и зритель не случайно всегда ценил подобные «уроки английского». Которые можно будет счесть выученными по-настоящему только тогда, когда знаменитое беккетовское Fail again. Fail better — будет звучать по-русски без потерь при переводе.


Заглавная иллюстрация: © Jack English/Apple TV+